Круглый стол «Политика центральных банков в странах с формирующимся рынком в постпандемический период»

Пандемия цен

11 июня 2021 г. в Национальном банке прошел круглый стол с участием экспертов в области экономики, представителей бизнеса, академической и банковской среды, средств массовой информации. В ходе экспертной дискуссии был затронут ряд актуальных вопросов, связанных с реакцией центральных банков на кризис, обусловленный пандемией COVID-19, и последовавшим за этим ускорением глобальных инфляционных процессов. Весной 2021 года инфляция начала бить рекорды, причем даже в тех странах, которые на протяжении многих десятилетий казались оплотами ценовой стабильности. Ключевые вопросы, волновавшие экспертов в процессе обсуждения, – какова причина этой разгоняющейся мировой инфляции, какую роль может сыграть монетарная политика в минимизации инфляционных рисков в условиях необходимости поддержки экономики в постпандемический период и какие выводы для реализации монетарной политики могут извлечь центральные банки стран с формирующимся рынком из накопленного к настоящему моменту международного опыта.

Неравенство в практике реализации монетарной политики

Начало дискуссии было положено докладом начальника Управления исследований и стратегического развития Национального банка Натальи Мирончик, в котором она подробно осветила вопрос равенства возможностей центральных банков развитых стран и стран с формирующимся рынком по применению мер монетарной политики для оказания поддержки экономике с учетом рисков раскручивания инфляционных процессов.

Наталья Мирончик отметила беспрецедентные масштабы мер поддержки экономики в развитых странах в 2020 году, которые достигли 14% ВВП: «Центральные банки данных стран очень оперативно отреагировали в начале пандемии, смягчив монетарные условия и возобновив использование нестандартных инструментов монетарной политики, применявшихся во время мирового финансово-экономического кризиса». Страны с формирующимся рынком также осуществляли количественное смягчение, однако его масштабы были существенно ниже – на уровне 2% ВВП. Для сравнения: денежная база Национального банка Республики Беларусь за 2020 год увеличилась на 1,4% ВВП. Тем не менее, несмотря на то, что в развитых странах увеличение денежной базы центрального банка за 2020 год было примерно в 2,5 раза больше, чем в странах с формирующимся рынком, инфляция в развитых экономиках в прошлом году еще оставалась под контролем, чего нельзя сказать о ситуации в странах с формирующимся рынком.


Реакция на кризисы: поиск отличий в практике развитых и развивающихся стран

Программы покупки активов ≠ количественное смягчение

Приводя в пример опыт Народного банка Польши, Наталья Мирончик сделала важный вывод о том, что, несмотря на реализацию странами с формирующимся рынком программ покупки активов для поддержки экономики вслед за центральными банками развитых стран, их нельзя приравнивать к количественному смягчению, поскольку центральные банки стран с формирующимся рынком впоследствии прибегали к стерилизации этой эмиссии с помощью инструментов изъятия ликвидности: операций постоянного доступа, валютных интервенций и выпуска облигаций центрального банка.

Почему же центральные банки развитых стран смогли позволить себе в полной мере реализовать столь масштабные меры поддержки в отличие от стран с формирующимся рынком?

Среди основных причин Наталья Мирончик отметила следующие особенности экономики и условий реализации монетарной политики в развитых странах:

  1. Ограниченный рост широкой денежной массы и кредита в допандемический период.
  2. Опережающий рост денежной массы по сравнению с ростом кредита.
  3. Свободные денежные средства вкладываются в акции и золото.
  4. Рост широкой денежной массы обеспечивается в большей степени за счет привлечения срочных вкладов.
  5. Существенное дефляционное давление со стороны реальной экономики в 2020 году.
  6. Высокий уровень доверия к центральным банкам.
  7. Большой лаг воздействия монетарной политики на реальную экономику и цены.


Монетарная арифметика: Лаг влияния политики центробанка на инфляцию

Последний фактор, исторически обусловленный особенностями экономического прошлого стран, играет значимую роль в эффективности обеспечения основной цели монетарной политики центральных банков в условиях кризиса, позволяя им использовать нестандартные инструменты поддержки экономики без серьезной угрозы для ценовой стабильности.


Неочевидный факт: Доверие – мощный инструмент центрального банка в борьбе с инфляцией

Выводы для монетарной политики стран с формирующимся рынком. Непростой выбор для Национального банка

Заключительные рассуждения Натальи Мирончик показывают, что центральным банкам стран с формирующейся экономикой следует быть осмотрительными при реализации денежно-кредитной политики и учитывать риски ускорения инфляционных процессов при принятии решений.


По карману ли Беларуси масштабная поддержка экономики мерами монетарной политики?

Полная версия выступления Натальи Мирончик


Расширение балансов центральных банков и инфляция: выводы для монетарной политики

По завершении доклада эксперты обсудили ряд насущных вопросов анализа и прогнозирования текущей ситуации в монетарной сфере. В частности, активное обсуждение состоялось по вопросу, поступившему от представителя банковской среды, члена Ассоциации белорусских банков Андрея Жишкевича, который поинтересовался у сотрудников Национального банка тем, какие факторы, по их мнению, позволили заметно нарастить кредитный портфель банков в прошлом году при небольшом приросте денежной массы и сохранятся ли они в будущем. Эксперт высказал предположение о том, что в текущей ситуации спрос на кредиты в экономике может быть подвержен влиянию завышенных инфляционных ожиданий субъектов хозяйствования.

В ответ на поставленный вопрос заместитель начальника Управления исследований и стратегического развития Национального банка Михаил Демиденко отметил, что такие ожидания не являются обоснованными на современном этапе функционирования белорусской экономики с учетом действующих подходов Национального банка к реализации денежно-кредитной политики: «Просто в реалиях Республики Беларусь долгое время мы жили, когда инфляция измерялась в диапазоне 10–20–30–40–100% в год. И в этой ситуации ставки были чаще всего отрицательные, но за последние пять лет все поменялось, мы живем в нормальной реальности». Михаил Демиденко еще раз напомнил о факторах раскручивания инфляционных процессов (со стороны издержек и внутреннего спроса) и высказал свое мнение относительно того, что еще один известный монетарный фактор инфляции, обусловленный желанием стимулировать экономику за счет необоснованной денежной эмиссии, давно канул в Лету, оставшись уроком прошлого, который Национальный банк извлек из истории функционирования экономики Беларуси на предыдущих этапах ее развития.


50 оттенков инфляции: чего ожидать в Беларуси?

Какие цели должны ставиться перед центральным банком?

В продолжение завязавшейся дискуссии вторая часть круглого стола была направлена на обсуждение того, стоит ли вообще в настоящее время, непростое с точки зрения рисков раскручивания инфляции, задаваться вопросом о необходимости стимулировать экономический рост за счет эмиссии центрального банка. Приглашенный эксперт, советник Первого заместителя Председателя Банка России Сергей Моисеев, в начале своего выступления отметил, что подобные вопросы упираются в то, зачем вообще нужен центральный банк, какие перед ним стоят цели и как сделать так, чтобы не наступать на одни и те же старые грабли.

Ссылаясь на свежий обзор целей деятельности центральных банков в мире, согласно которому большинство центробанков отвечают за управление резервами, выступают кредиторами последней инстанции, отвечают за выпуск валюты, денежно-кредитную политику и финансовую стабильность, надзор за банками и т. д., Сергей Моисеев обращает внимание на то, что среди этих задач нельзя найти задачи по обеспечению экономического роста и т. п. Отвечая на вопрос, почему так сложилось и насколько центральные банки должны быть вовлечены в выпуск продукции, обеспечение занятости и экономического роста, он приводит цитату Марка Карни [Марк Карни – управляющий Банка Канады (2008–2013), управляющий Банка Англии (2013–2020)]:

«Старательно прописанная [в законе] независимость является высокоэффективной в обеспечении ценовой и финансовой стабильности, [однако] она не может обеспечить продолжительное процветание и не может разрешить широкие социальные проблемы. Это следует подчеркнуть, поскольку последние годы масса проблем стучится в двери Банка Англии, начиная от доступности жилья и заканчивая низкой производительностью. Призывы, чтобы банк решил эти проблемы, игнорируют определенные [в законе] цели банка. И они путают независимость со всемогуществом…»

Сергей Моисеев также обращается к истории, приводя пример 24 центральных банков Европы, которые начали образовываться в XV веке, и лишь три из них продолжают существовать сегодня. Этими банками являются Банк Швеции, Великобритании и Шотландии. При этом первые два остались центральными банками, так как не были вовлечены в политику по специальному кредитованию кого-то. В свою очередь, Банк Шотландии сохранил за собой право печатать банкноты, но является частным. Остальные центральные банки закрылись, так как стали банкротами или их существование стало бессмысленным из-за сильного обесценения денег, вызванного эмиссией.

Спикер отмечает самый знаменитый пример того, как обанкротился центральный банк Амстердама, в котором придумали систему безналичных платежей в современном виде. В определенный момент времени, когда необходимо было поддерживать торговую активность Ост-Индской компании и под это дело была проведена целевая эмиссия, произошла «накачка» деньгами. Но компания оказалась не столь успешна, проиграла конкуренцию другим и «плохо закончила», а с ней «плохо закончил» и центральный банк.

Такая же интересная история касается нашего общего предка [предка НБРБ и ЦБРФ] – Государственного ассигнационного банка Российской империи. Тогда еще не существовало понимания того, что большое количество денег вредит ценам. Мало кто знает, что война с Наполеоном была выиграна за счет этого банка. То есть печатались рубли, за счет этого финансировались военные расходы. Результат – война выиграна, но когда за 1 бумажный рубль стали давать меньше 10 копеек медным рублем, эмиссия была свернута, а ассигнационный банк был ликвидирован. Поэтому многочисленные примеры говорят о том, что все это [целевая эмиссия] плохо заканчивается.


Зачем вообще нужен ЦБ, или Как не наступать на одни и те же грабли?

Далее, продолжая экскурс в эпоху новейшей истории, эксперт отмечает, что переломным моментом, который научил центральные банки тому мастерству денежно-кредитной политики, которым они владеют сегодня, является тяжелый период высокой инфляции 1970-х гг. В то время, когда еще не было определенности в отношении того, чем должны заниматься центральные банки, в США действительно получила развитие идея о том, что центробанк должен стимулировать занятость и отвечать за выпуск продукции. В результате эксперимент с проведением экспансионистской политики центрального банка привел к двузначной инфляции, выше 20% годовых, и председателю ФРС П. Волкеру пришлось приложить немало усилий, чтобы исправить ситуацию. После этого в 1990-е гг. был достигнут общемировой консенсус о том, что главной законодательно закрепленной целью деятельности центральных банков должно быть обеспечение ценовой стабильности.

Теоретические основы политики центральных банков

Углубляясь в научное основание современных подходов к реализации политики центрального банка, Сергей Моисеев отметил, что любой центральный банк отвечает не за максимизацию экономического роста, а за его сглаживание. Это означает, что его политика направлена на то, чтобы в ходе делового цикла колебания ВВП были как можно более сглаженными и оставались в пределах непрерывной устойчивой траектории роста. Потому что все экономические агенты: население, предприниматели – хотят иметь устойчивые доходы, они не хотят, чтобы их доходы постоянно изменялись то в большую, то в меньшую сторону. Для этого центральный банк в первую очередь обращает внимание на динамику цен, и, если с инфляцией все в порядке, только тогда он может заниматься вопросами стимулирования экономического роста.


Просто о сложном: Экономический рост в фокусе политики центрального банка

Операционный взгляд на целевую эмиссию центрального банка

Далее Сергей Моисеев предложил посмотреть на идею эмиссионного кредитования с позиции режима денежно-кредитной политики. Он сравнил преимущества и недостатки различных режимов денежно-кредитной политики и объяснил, почему могут возникать трудности с предсказанием последствий использования такого инструмента стимулирования экономического роста. По его словам, возможности целевой эмиссии существуют, только если центральный банк таргетирует денежные агрегаты. Однако трудность анализа и сложная взаимосвязь между наращиванием денежной массы и изменением инфляции обуславливают слабую подконтрольность процесса целевой эмиссии для центрального банка, он не может заранее точно предвидеть влияние этого инструмента на уровень инфляции, поскольку на это оказывает влияние множество факторов.


Таргетирование инфляции vs Монетарное таргетирование. Как понять политику центрального банка?

Эксперт задался вопросом, а может ли вообще центральный банк выдавать длинные кредитные ресурсы в экономику? Какие сроки устанавливают центральные банки по своим операциям и почему сложилась такая практика? Ключ к ответу на эти вопросы кроется в необходимости обеспечить маневренность денежно-кредитной политики, оперативное реагирование центрального банка на изменение ситуации на денежном рынке и динамику инфляции. Если центральный банк будет эмитировать деньги на длительные сроки (например, 3 - 5 лет), он не сможет управлять этим долгосрочным массивом денег, и это приведет к утрате операционной эффективности, маневренности его денежно-кредитной политики. А это критически важно для регулирования инфляционных процессов в экономике, поскольку инфляция может измениться уже в следующем месяце или квартале.


Процентные ставки в руках центрального банка: как не потерять контроль над денежной массой?

Чем грозит обернуться пандемия инфляции?

Возвращаясь к текущей ситуации, Сергей Моисеев подчеркнул ее аномальность, связанную с высокой степенью неопределенности развития событий, поскольку весной 2020 года никто не мог предсказать экономические последствия пандемии и ее влияние на масштабы падения мировой экономики. Центральные банки в таких условиях действовали вслепую, одновременно предприняв меры для смягчения своей политики, чтобы предотвратить возможный коллапс. Однако механизм реакции центральных банков на кризис в развитых и развивающихся странах отличался, и на это есть свои причины.

Эксперт отметил, что центральные банки развитых стран смогли позволить себе широкое применение нестандартных инструментов монетарной политики. Это было возможным по ряду причин, среди которых можно выделить «гигантские» масштабы рынка государственного долга, невозможность дальнейшего снижения процентных ставок, находящихся на нулевом уровне, и значительные риски дефляции.

Центральные банки стран с формирующимся рынком в отличие от своих коллег не могли осуществлять масштабные операции по покупке активов на внутреннем рынке, поскольку его объемы несопоставимы с возможностями центрального банка, так как основной объем финансовых ресурсов заимствуется на внешних рынках. Если центральный банк решит выкупить какие-то активы на внутреннем рынке, это приведет к дефициту ликвидности и нарушит процесс ценообразования на рынке активов. Вместо этого усилия центральных банков стран с формирующимся рынком были направлены на сдерживание роста доходности на рынках государственного и корпоративного долга и на поддержание ликвидности банковской системы для сохранения финансовой стабильности. Сергей Моисеев обратил внимание на то, что ни один центральный банк не занимался «накачкой» деньгами ради экономического роста и т. д. (за исключением единственного вынужденного прецедента в Филиппинах, где совсем не развит рынок государственного долга и была необходимость финансирования большого дефицита бюджета в условиях пандемии).


На пороге кризиса: реакция центральных банков на пандемию COVID-19

Сергей Моисеев еще раз подчеркнул, что до пандемии был период дефляции, многие страны были счастливы, что имеют хотя бы нулевую инфляцию. Однако после такой щедрой авансовой помощи экономике в 2020 году балансы центробанков показали быстрый рост. Результаты такой поддержки не заставили себя ждать: сейчас инфляция в США уже 5% при целевом ориентире в 2%, в еврозоне она тоже растет, пока 2%, но ожидается, что будет выше.

Спикер высказал свои предположения о том, какими будут последствия этой политики в развитых странах и к чему готовиться странам с формирующимся рынком. Не исключено, что в случае разгона инфляционных ожиданий развивающиеся экономики будут вынуждены перейти к ужесточению денежно-кредитной политики вслед за развитыми странами, чтобы удержать мировую инфляцию.


Бесплатный сыр в мышеловке. Чего ждать от инфляции?

Современные теории

В завершение своего выступления Сергей Моисеев затронул тему распространения различных современных теорий, так, например, в настоящее время в обществе популярна современная денежная теория (MMT). Эта теория гласит, что правительство должно обеспечивать процветание общества за счет поддержания безработицы на оптимальном уровне. Если частный сектор не способен обеспечить полную занятость, то правительство должно создать спрос и обеспечить полное использование ресурсов в государственном секторе. Сделать это можно руками центральных банков, которые дают правительству деньги для финансирования новых рабочих мест, реализации инфраструктурных проектов и т. д. При этом финансирование осуществляется безвозмездно, соответственно, правительству больше нет необходимости собирать налоги, выпускать облигации, можно просто брать деньги «из кармана» центрального банка. А если вдруг инфляция пойдет вверх, можно просто увеличить налоги.

Спикер отмечает, что к таким теориям всегда есть ряд вопросов. В первую очередь это касается возможностей такого эмиссионного финансирования правительственных расходов. Сергей Моисеев утверждает, что объем напечатанных денег, которые центральный банк может дать правительству, ограничен инфляцией и инфляционными ожиданиями. Все равно не будет процветания, все равно цены вырастут и «съедят» все выгоды, полученные от эмиссии. Второй вопрос заключается в том, можно ли вообще управлять инфляцией через налоги или все-таки нужны более гибкие инструменты, позволяющие оперативно реагировать на динамику цен, а не привязываться к циклу рассмотрения и утверждения бюджета, ведь в вопросах инфляции нельзя ждать целый год, нужно действовать сразу, в моменте.


Все новое – давно забытое старое: так ли хороши современные рецепты для монетарной политики?

Полная версия выступления Сергея Моисеева


Вызовы центральных банков в развивающихся экономиках

Содержательное выступление Сергея Моисеева легло в основу дальнейшей дискуссии. Затрагивая последний вопрос доклада Сергея Моисеев, эксперты обсудили нестандартные взгляды на процесс денежной эмиссии и роли политики центрального банка в регулировании экономики. Поводом для обсуждения стало недавнее выступление Ричарда Вернера, в котором он поделился своим видением того, как на самом деле работает денежная эмиссия. Его представления базируются на трех основных тезисах: (1) кредитование первично, (2) экономике необходимо большое количество мелких банков для того, чтобы предоставлять кредитные ресурсы среднему и малому бизнесу, который обеспечит рост ВВП, (3) процентная ставка не играет роли в этом процессе, а следует за динамикой экономического роста.

Сергей Моисеев поделился своим мнением относительно этого неординарного взгляда на работу банковской системы. Со ссылкой на нобелевского лауреата по экономике 2014 года Ж. Тироля эксперт заметил, что основными проводниками денежно-кредитной политики выступают именно крупные банки, что объясняется эффектом масштаба, лучшей информированностью о рисках и большими возможностями по их управлению. Касательно создания денег банками «из воздуха» Сергей Моисеев заметил, что эта идея не нова и была широко распространена в период появления банков и функционирования системы частной эмиссии в XVIII веке, когда каждый банк обладал правом печатать деньги. Однако эта система характеризовалась своей нестабильностью, поскольку безграничная эмиссия периодически приводила к банкротствам банков и в результате претерпела значительные трансформации. Идея игнорирования процентной ставки также вызывает сомнения в своей обоснованности, ведь процентная ставка закладывается в расходы экономических агентов, является важной составляющей процесса ценообразования и определяет прибыльность банковской деятельности.


Откуда берутся деньги? Дискуссионные взгляды на эмиссию центральных банков

В развитие темы мелких банков прозвучал комментарий Ирины Точицкой, которая, изучив опыт Народного банка Китая, отметила, что результаты проведенных им исследований показывают, что количество плохих долгов у мелких банков приблизительно в три раза выше, чем у крупных банков и в целом по банковской системе Китая. Сергей Моисеев в свою очередь привел в пример немецкий опыт, где еще с XIX века распространение получили так называемые кооперативные банки, кредитующие своеобразные местные закрытые сообщества вкладчиков, выступающих одновременно и в роли кредитополучателей. При этом эксперт отметил, что такая практика не имеет ничего общего с целевой или, как ее еще называют, «канализированной» эмиссией.

Интересный вопрос спикеру задал белорусский экономист Игорь Пелипась, его волновало то, какую роль центральный банк и банковская система могут сыграть в развитии экономики России, в создании новых отраслей и проведении НИОКР в сложившихся непростых внешних обстоятельствах. Сергей Моисеев дал простой и вполне исчерпывающий ответ: «Каждый должен заниматься своим делом. Центральный банк не должен заниматься полетами на Марс или строительством какого-то моста. <…> Он не отвечает за то, чтобы были правильно подобраны менеджеры, их мотивация и бонусы, чтобы были приглашены иностранцы с опытом, технологиями и т. д.». Эксперт подчеркнул, что на финансовом рынке существуют инструменты и механизмы финансирования бизнес-проектов, при этом их использование не должно ставить под сомнение сохранение ценовой стабильности и устойчивость финансовой системы.


Вопросы роста и развития. Что подвластно центральному банку?

В ходе дальнейшего обсуждения Михаил Демиденко затронул еще один важный вопрос о том, возможно ли вообще путем стимулирования кредитования в условиях малой открытой экономики Республики Беларусь добиться какого-то значимого эффекта в развитии экономики, эффективности ее функционирования. Глубже погрузиться в эту тему экспертам помог доклад приглашенного спикера из Института экономики НАН Беларуси Александра Готовского.

В своей презентации эксперт наглядно продемонстрировал, что стимулирование внутреннего спроса – далеко не единственный и в действительности не самый эффективный способ обеспечить рост ВВП, учитывая структуру добавленной стоимости отраслей белорусской экономики. Приведенные Александром Готовским факты позволяют сделать важный вывод о том, что стимулирование экономического роста в условиях малой открытой экономики Республики Беларусь имеет достаточно веские ограничения, связанные с состоянием внешней торговли, валютными поступлениями и потоками платежей по экспортным и импортным операциям. Если без оглядки на эти ограничения наращивать целевую эмиссию для стимулирования внутреннего спроса, можно получить серьезные проблемы на валютном рынке, девальвацию национальной валюты и высокую инфляцию. На самом же деле осмотрительная денежно-кредитная политика дает свои положительные плоды, обеспечивая запас прочности в экономике и помогая справиться с временными трудностями. Так, например, в 2020 году финансирование за счет резервов Национального банка дефицита внешнеторгового сальдо, образовавшегося в результате изъятия населением валюты и наращивания внешней задолженности предприятий, позволило предотвратить сокращение выпуска. Если бы Национальный банк не достал из резервов необходимые средства, стране пришлось бы сократить свой ВВП на 14%, чтобы сэкономить соответствующие потоки расходов на импорт и не допустить обвала валютного курса.

В завершение своего выступления Александр Готовский также обратил внимание на наличие определенных проблем с качеством менеджмента на отечественных предприятиях, имеющих большой потенциал для успешного развития. Спикер привел в пример эксперимент с проведением оценки 13 белорусских промышленных предприятий на предмет соответствия требованиям к качеству комплектующих одного из мировых производителей техники, машиностроительной компании John Deere. Оказывается, несмотря на то, что 5 из 13 предприятий полностью соответствовали предъявляемым требованиям, еще 4 предприятиям требовалось устранить некоторые замечания, чтобы претендовать на участие в конкурсе потенциальных поставщиков, только одно предприятие предприняло активные действия, чтобы наладить сотрудничество со всемирно известной компанией. Остальные предприятия либо вовсе не проявили никакой активности, либо не стали утруждать себя погружением в процедуру участия в конкурсе и просто направили свои прайс-листы в компанию John Deere.

Спикер предположил, что корень проблем с менеджментом на белорусских предприятиях кроется в психологической неспособности осваивать новые, глобальные рынки, развивать свое производство. И вопрос не в том, давать ли им деньги и каким образом это делать, через денежно-кредитную политику или какие-то другие механизмы финансового рынка. Необходимо в первую очередь перестраивать систему менеджмента, ориентировать отечественные предприятия на завоевание конкурентной позиции на мировых рынках сбыта, что и позволит им зарабатывать средства, необходимые для дальнейшего развития. Возможно, это не такой быстрый и легкий путь, каким кажется стимулирование внутреннего спроса мерами денежно-кредитной политики, однако это то, чем неизбежно придется заниматься, чтобы достичь желаемого результата.

Позицию Александра Готовского поддержал и представитель бизнес-среды Игорь Русакевич. Он отметил, что в системе рыночной экономики по-настоящему эффективные предприятия чувствуют себя хорошо и уверенно, потому что знают, что рыночные силы сами справятся с задачей наиболее эффективного распределения ресурсов. А в системе целевой эмиссии предприятия чувствуют себя крайне неуверенно, поскольку знают, что эти целевые средства им не достанутся. Тут встает вопрос о цене ошибки в выборе наиболее достойного реципиента целевых ресурсов. Что же является критерием эффективности процесса целевого кредитования? По мнению эксперта, этим показателем и выступает уровень инфляции: если она в результате подобных экспериментов выходит за пределы своего целевого ориентира, то это означает, что фактически потери от реализации неудачных проектов перекладываются в виде инфляционного налога на все остальные предприятия и население.

В своем комментарии к выступлению Александра Готовского профессор Владимир Усоский привел одну интересную народную мудрость: «Банк таков, каков его клиент: он не может быть ни лучше, ни хуже своего клиента». На наш взгляд, эта простая истина работает как на микро-, так и на макроуровне. Прежде чем слепо следовать советам знатоков различного рода «современных» теорий, нужно десять раз подумать, взвесив все за и против и оглянувшись на ошибки прошлого, стоит ли пытаться усилиями центрального банка исправить проблемы эффективности работы экономики или отдельных предприятий ценой риска утраты достигнутых ранее успехов в снижении и стабилизации инфляции. Ведь важнейший вклад банковской системы в сбалансированное развитие экономики заключается в обеспечении здоровой финансовой среды с благоприятными условиями для осуществления экономической деятельности всех субъектов экономики: населения, предприятий, инвесторов, банков и т. д. На это направлена в том числе и миссия деятельности Национального банка, приверженного идее разумной и осмотрительной реализации денежно-кредитной и макропруденциальной политики для поддержания ценовой и финансовой стабильности на благо всего общества.

Материал подготовлен Управлением исследований и стратегического развития Национального банка Республики Беларусь.

Полная запись мероприятия